Игорь Северянин. ШЕЛКОВИСТЫЙ ХЛЫСТИК (Сб. ЛИТАВРЫ СОЛНЦА)




ПАРИЖСКИЕ ЖОРЖИКИ


Два Жоржика в Париже
С припрыжкой кенгуру, –
Погуще и пожиже, –
Затеяли игру.

Один, расставя бюсты
Поэтов мировых,
Их мажет дегтем густо,
Оплевывает их.

Другой же тщетно память
Беспамятную трет,
И, говоря меж нами,
Напропалую врет.

Полны мальчишки рвенья,
Достойного похвал,
Из вздора нижут звенья
И издают журнал.

«Звено» мальчишек глупо,
Как полое звено,
Но все ж тарелку супа
Приносит им оно.

Зане есть зритель, падкий
До мыльных пузырей.
Ах, знает мальчик гадкий,
У чьих шалит дверей!

Ведь в том-то все и дело,
Таков уж песни тон:
В столице оголтелой
Живет один Антон.

Его воззренья крайни
На многие дела,
Мальчишек любит втайне,
Их прыть ему мила.

А так как не без веса
Сей старый господин,
Антону льстит повеса
И друг его – кретин.

За это под защиту
Мальчишек взял Антон,
И цыкает сердито
На несогласных он:

Не тронь его мальчишек, –
И жидких, и пустых,
Отчаянных лгунишек,
По-новому простых.

Их шалости глубинны
Их пошлости тонки.
Мальчишки неповинны
За все свои грешки…

«Погуще» и «пожиже»
За старца пьют вино.
Вот почему в Париже
И нижется «Звено».

1927
Toila



ШЕЛКОВИСТЫЙ ХЛЫСТИК


1

Маленькая беженка
(Род не без скуфьи!..)
Молвила разнеженно:

– Знаете Тэффи?

Катеньке со станции
Очень потрафил
Сей француз из Франции –

Господин Тэффи. –

…Вот что, семя лузгая, –
В-яви, не во сне, –
Дама архи-русская
(Дура петербургская)
Говорила мне.


2

Я от здешней скуки
До того дошла,
Что, взяв книгу в руки,
Всю ее прочла!..
Ничего такого…
Типов никаких…
Как его?.. Лескова!
Про Карамзиных…
(На щеках румянец)
Про каких-то пьяниц…


3

От визитов Икса
Хоть в окошко выкинься –
Просит: «Дайте Дикса»…
(Это значит – Диккенса!)
А «эстет», понятно,
Стал каким-то «эстиком»…
Икса мне приятно,
Стукнув в темя пестиком,
Очень аккуратно
Уложить под крестиком.


4

В первые годы беженства
Тятенька ее был слесарем,
Драматург назывался «пьесарем»…
А теперь своеобразное бешенство:
Поважнела, обзавелась детектором
И – наперекор всем грамматикам –
«Пьесаря» зовет «драматиком»,
А слесаря – архитектором…


5

Сижу на подоконнике
И думаю: что такое поклонники?

Поклонников-то изобилье,
А у поэта – безавтомобилье.
Вокруг «восторги телячьи»,
А у поэта – бездачье!

Паломнические шатанья,
А у поэта – бесштанье!

И потому хорошо, читатели,
Что вы не почитатели,
А то было бы вам очень стыдно,
А поэту – за вас обидно…

1929



ТРИ ЭПИГРАММЫ


ЗИНАИДА ГИППИУС

Всю жизнь жеманился дух полый,
Но ткнул мятеж его ногой, –
И тот, кто был всегда двуполой,
Стал бабой, да еще Ягой.


МАРИНА ЦВЕТАЕВА

Она цветет не Божьим даром,
Не совокупностью красот.
Она цветет почти что даром:
Одной фамилией цветет.


БОРИС ПАСТЕРНАК

Когда б споткнулся пастор на ком,
И если бы был пастырь наг,
Он выглядел бы Пастернаком:
Наг и комичен Пастернак.



ЭПИГРАММА НА ОДНУ ПРОВИНЦИАЛЬНУЮ ПОЭТЕССУ


Есть – по теории
Невероятности –
И в этой инфузории
Признаки опрятности.

1927
Saarkala